Цитата недели

«Приими мя Господи в Твои отеческие объятия»

Инокиня Серафима вспоминает еп. Варнаву (Беляева)

30 сентября 2001 года в Киеве отошла ко Господу инокиня Серафима (в мiру Вера Васильевна Ловзанская), духовная дочь и хранительница наследия приснопамятного епископа Варнавы (Беляева). Родилась м. Серафима в Нижнем Новгороде в 1904 году. После революции она познакомилась с епископом Варнавой и стала его духовной дочерью на всю ее последующую жизнь. Когда епископ Варнава был сослан в Сибирь, Вера Васильевна за ним туда последовала. В 1936 году епископа освободили и он со своей духовной дочерью переехал в Киев, где жил до своей кончины в 1963 году. Благодаря инокини Серафиме огромный архив Владыки Варнавы не только сохранился, но впоследствии многие материалы были опубликованы.

У нас была возможность дважды встретиться с инокиней Серафимой в Киеве. Она была духовной, высоко-культурной и весьма скромной. Особо поражала светлость ее духовного облика, ее открытое доброе лицо. В 1993 году мы попросили матушку Серафиму немного нам рассказать об епископе Варнаве. Стенограмму этой беседы мы и предлагаем нашим читателям. Редакция.

  Действительно ли Владыка Варнава таков, как он изображен в современной церковной литературе?

 – В большинстве жизнеописаний епископа Варнавы он изображен не на самом деле каким он был. Образа его нет. Ведь Владыка Варнава отошел от официальной церкви совсем. Он не служил, он принял подвиг юродства, чтобы отойти от церковных дел потому что, когда он еще был епископом на кафедре у него было послушание в консистории по бракоразводным делам. Там он столкнулся с нарушением церковных канонов. Если власть разводила людей, а по церковным канонам нельзя разводить, то как быть? Потом у него еще были столкновения с архиепископом Евдокимом, который был над ним. Архиепископ Евдоким впоследствии ушел к обновленцам и женился.

Владыку Варнаву постригал в монашество старец о. Алексей Зосимовский (который тянул жребий при избрании Патриарха Тихона). При постриге старец Алексей будущему епископу Варнаве сказал: «Да будет твой девиз и молитва Богу всю жизнь: приими меня Господи в Твои отеческие объятия и не выпускай от Себя ни на какие распутья, да буду я всегда Твой. И Владыка Варнава действительно прошел свой жизненный путь прямым путем, не отступая ни на какие распутья. Он, например, никогда не признавал митрополита Сергия (Страгородского) и никогда его не поминал. Но что это ему стоило? Вы понимаете не служить епископу это же такая скорбь, как он мне всегда говорил: «Сорок лет страданий из-за того, что я не хотел нарушать церковные каноны». А ведь при митрополите Сергии пришлось же нарушать церковные каноны.

Потом, значит, Владыка был в таком положении, что он знал все подробности о происходящем в Церкви. Он говорил о нашем духовенстве при м. Сергии, что существующее духовенство, каждый попристраивался как ему было выгодно. А тут получилось так, что когда Владыка был в лагерях, то с ним была вместе дочь киевского протоиерея о. Саввы Петруневича (он впоследствии погиб в лагерях на севере) Зина. Впоследствии мы собственно говоря к Зине то и приехали в Киев. Она была фельдшерица и обслуживала наш епископат здесь. Но никто не знал, что она была близка к Владыке Варнаве. Через нее все церковные новости были Владыке известны, поскольку она слышала разговоры митрополитов и епископов.

 Посещал ли Владыка Варнава богослужения?

– Владыка Варнава богослужения в храме, как правило, не посещал, хотя в храмы заходил. Иногда он посещал святыни, например, мощи святой Великомученицы Варвары, священномученика Макария. Когда мы приехали в Киев в 1948 году мощи св. Великомученицы Варвары были в Михайловском монастыре, в трапезной церкви. Мы иногда в воскресные дни, или же в праздничные ездили к ее мощам, затем проходили в Владимiрский собор и там к мощам прикладывались. Потом мы шли пешком по всему верху в Лавру. Когда мы туда приходили шла служба в Воздвиженской церкви (она еще не была закрыта) и мы ходили по ближним и дальним пещерам, а затем также к себе домой на Демиевку. По пути домой мы проходили Демеевскую церковь когда там шла вечерня.

Конечно Владыка скорбел и говорил иногда: «Пойдем в церковь, хоть церковным воздухом вздохнем» – так ему было тяжело. Из духовенства ни с кем не общался. Никто из духовенства не знал, что Владыка Варнава проживает в Киеве. Когда Зина работала в экзархии, там была племянница митрополита, матушка Варвара. Матушка Варвара выпытывала у Зины: «Вот мы знаем, что в Москве было два епископа: епископ Варфоломей и епископ Варнава, которые постригались под одной мантией» (эти архиереи были очень разные). «Мы знаем официально, что епископ Варфоломей был расстрелян, а куда же девался епископ Варнава?» Зина конечно ничего не выдавала.

Мы приехали в Киев, когда епархией управлял митрополит Иоанн. Он был близок к Царскому двору, знал все этикеты, настоящий интеллигент. У него были очень длинные службы. Когда мы только приехали в Киев нам случалось заходить на его всенощные и мы домой возвращались после 12 часов ночи.

Отличалась ли внешность Владыки?

– Владыка Варнава, когда заходил на службы, обычно стоял на паперти. Он был очень заметный по внешности и он боялся, что он будет выделяться. В Андреевской церкви был священник, как будто бывший партизан, который интересовался Владыкой Варнавой. Владыка Варнава иногда шутя говорил о своей заметной внешности: «Я такой потому что не курю».

Владыка Варнава ходил в штатском. Он все время ждал перемены. У него был такой маленький радиоприемничек, который он купил. Когда бывали октябрьские и майские праздники он говорил: «Вот будет скопление народа, будет восстание». А потом говорит: «Нам конечно тошно. Ну как в Ветхом Завете пророки ожидали пришествие Христа и не дождались. Так и мы не дождемся». Иногда, когда появлялась надежда перемен, Владыка сбривал свою бороду, потом опять отращивал.

Хотел ли Владыка уехать заграницу?

– Владыка Варнава видел, что в Советском Союзе его труды не увидят свет. Он старался быть поближе к Западу. После лагерей он мог в любое место переселиться. После Сибири мы заехали в Нижний Новгород, где я раньше жила и где Владыка был прописан. Но Владыка хотел быть поближе к Западу, чтобы может быть будет какой-то момент и он сможет перейти на ту сторону. Но единственная причина для таких мыслей – издание его трудов, а его база всегда останется Россия. Я же ему говорила: «Вы меня Владыка оставьте здесь в России, на базе, я не люблю заграницу, оставьте меня здесь».

Совершал ли Владыка богослужения на дому?

– Владыка Варнава на дому, насколько мне известно (я же весь день была на работе), литургии не совершал, хотя в доме находился антиминс – сосудов же после его кончины не обнаружилось. Последний раз он открыто служил литургию это было в день св. Иоанна Кронштадтского (19 октября) 1923 года. Хиротонисан он был, между прочим, в день Торжества Православия.

Он иногда мне говорил: «Надо сидеть тихо и не дразнить бесов», иначе нельзя будет заниматься писанием духовных сочинений. Он никакого контакта не имел с Катакомбной Церковью – о ней ни он, ни я, ничего не слышали. Мы старались жить очень тихо, как бы смиренно, незаметно.

Он меня исповедовал. Около него было человек 3-4, которые к нему ходили. О молитвенном правиле Владыки я ничего не могу сказать. О его молитве могу только сказать, что он занимался Иисусовой молитвой.

Каков был Владыка Варнава как проповедник?

– Я вспоминаю, что когда он еще был на кафедре, Владыка назначил службу на 1 мая (советское). Это внесло некое смущение – архиерейская служба в нецерковный праздник. Мне хорошо помнится его слово в этот день: «Упразднитесь и разумейте яко Аз есмь Бог ваш. Каждую минуту свободную от работы вы должны отдать Господу Богу. Так и сегодня – вы не идете на работу, отдайте этот день Богу…» Причем проповеди Владыки Варнавы взяли как-то очень выборочно. Они есть, напечатаны, но многие сильнейшие отсутствуют. Например, Владыка говорил о значении подвига: «Конечно многие из вас уйдут с этого пути (пути подвига), но Ангел-хранитель напомнит вам эти подвиги». Он часто «ругал» всех, а тут их похвалил. Некоторые его проповеди записывались одной его духовной дочерью, а некоторые из них правились им, например слово в день преподобного Сергия Радонежского. Она проповедь записала, а Владыка уже своей рукой ее поправлял.

 Сохранились ли у Вас проповеди Владыки Варнавы?

– Кое-что сохранилось. Многие рукописи я отдала иеромонаху Дамаскину, были какие-то проблемы, но он мне рукописи вернул. Отец Дамаскин составил житие Владыки Варнавы, но там нет ничего о том, как Владыка Варнава переживал эти годы за Церковь, нет ни слова, что он м. Сергия не признавал. Вероятно он сократил житие, иначе не было бы возможности это житие издать. Мне по правде сказать грустно – пускай бы уже как есть, так и писали бы. Для чего это скрывание?

Кто отпевал Владыку Варнаву?

– Когда Владыка умер, встал вопрос, а что нам делать? Владыка сказал, что когда он умрет, чтобы мы с Зиной пошли бы к митрополиту Иоанну и попросили бы у него архиерейское облачение или хотя бы священническое. Также Владыка Варнава считал, что митрополит Иоанн должен знать, что он умер в его епархии. Зина была довольно напуганной, было еще две сестры, тайные монахини. Я боялась, что если узнают о том, что Владыка Варнава умер в Киеве у меня могут сделать обыск и изъять труды Владыки. Мы решили, что надо же Владыку отпеть – нельзя без отпевания. А кому можно доверить, ведь никто из духовенства в Киеве не знал о Владыке Варнаве. Мы решили, что мы можем доверить только о. Алексею Глаголеву, сыну новомученика о. Александра Глаголева. Отец Алексей не хотел в сергианской церкви служить и полтора года вообще не служил. Потом пришла к нему одна прихожанка и сказала ему: «Почему вы батюшка нас лишаете благодати, не служите…» и о. Алексей принес покаяние и начал служить. Мы за о. Алексеем поехали, он приехал и дома отпел Владыку. Отец Алексей помазал Владыку, и его облачил в облачение, которые мы сами сшили. Получилось так, что все необходимое для пошива облачения нашлось у нас дома – это действительно было чудо.

К смерти Владыка постепенно готовился. Он мне давал указания что-то зашить, что-то постирать. Согласно его воли, мы ему сшили сатиновую скуфью – у него клобука не было. Умер он сидя.

Отец Алексей нам сказал, что в отношении отпевания Владыки мы поступили правильно.

Отец Алексей Глаголев впоследствии умер и похоронен на Байковом кладбище. Его отец, протоиерей Александр Глаголев, и протоиерей Михаил Эдлинский были два столпа киевских. Они были друзья, а их дети приняли священство и также дружили.

Вы все труды епископа Варнавы расшифровали?

– Нет, я все время этим занимаюсь. Мои глаза пока позволяют и читать и разбирать почерк Владыки, но плохо стала видеть на улице. Никто почерк Владыки не может разобрать – он многие слова сокращал. Некоторые говорят, что я буду долго жить, потому что многие работы Владыки еще не переписаны. В Киеве есть образованные люди, которые очень интересуются духовным наследием Владыки Варнавы.

Еще есть не переписаны очень интересные работы Владыки, например, «Евангельский улов» об улове апостола Петра 153 рыб. Эту цифру Владыка расшифровывает применительно к добродетелям, причем он это писал в очень тяжелое время. Патриарх Тихон послал Владыку Варнаву в Оптину пустынь на два месяца, чтобы дать ему отдых, разрядить обстановку. Из всех иерархов Владыка Варнава особенно почитал святейшего Патриарха Тихона. Владыка Варнава застал Оптину пустынь как раз перед ее закрытием. Там в библиотеке он взял книги о трезвении и молитве. Под эти книги он и расшифровывает цифру 153. Этот труд Владыка написал карандашом и тогда нельзя было найти керосину на коптилку. Владыка пользовался светофором железной дороги через окно – свет падал на обрывки бумаги. Труд он начинает о том, как раньше приезжали в Оптину пустынь многие люди и сравнивает тот период с оптинским периодом перед ее закрытием, когда нельзя даже найти керосин. Когда я работала в банке я ему приносила желтые бланки счетов и он на них писал. Вот в таких тяжелых условиях Владыка писал свои труды.

 Русский пастырь №40/2001 г.

Scroll To Top